Владимир Путин провёл большую пресс-конференцию по итогам своего визита в Таджикистан.
Часть четвёртая. Вчера вы встречались с Ильхамом Алиевым. На этих переговорах вам удалось наметить пути выхода из кризиса двусторонних отношений или всё же некий холодок остался?
Путин:
Знаете, я бы даже не говорил, что у нас был какой-то кризис межгосударственных отношений. Почему? Если бы это был кризис межгосударственных отношений, то тогда у нас не было бы роста торгово-экономических связей. Несмотря на всё, что мы видели, с чем столкнулись, всё-таки рост, и значительный рост, продолжился. Какой же это кризис межгосударственных отношений? Я бы сказал, что это, скорее всего, такой кризис эмоций был.И понятно, почему — потому что мы столкнулись с очень тяжёлым событием, трагическим событием — гибелью самолёта и пассажиров его. Поэтому надо было спокойно разобраться, нам нужно было время для того, чтобы с этим разобраться, нужно было провести очень сложные технические экспертизы — это правда.
Надо было найти эти ящики, так называемые чёрные ящики, их расшифровать, сопоставить со всеми данными, которые следствие получало от Министерства обороны, проверить эти сведения, взять все сведения, которые мы собрали от диспетчерских служб, причём и от нашей диспетчерской службы, и из казахстанской диспетчерской службы, всё это вместе сложить и рассчитать. Это требует большого, напряжённого, очень ответственного и профессионального труда.
Я сам когда-то, когда учился на юридическом факультете Ленинградского университета, практику проходил в транспортной прокуратуре, в том числе я был прикреплён к следователю, который вёл такие дела. Я знаю, что это такое, понимаете, это очень кропотливая такая, скучная на первый взгляд работа, в которой нельзя допускать ошибок.
Но в конце концов вот мы это сделали. Мы договорились с Ильхамом Гейдаровичем, что мы будем делать всё для того, чтобы это расследование было проведено объективно, в том числе и МАК проводила, международная организация проводила расследование, используя все материалы, которые предоставили этой организации. Сейчас следствие завершается, в целом всё понятно, есть какие-то ещё детали, тонкости, которые специалисты должны оформить соответствующим образом.
Об этом мы вчера с президентом Азербайджана и говорили. Я очень надеюсь, что мы эту страницу перевернули, пойдём дальше и без всяких осложнений будем развивать наши контакты и реализовывать те действительно большие планы, которые есть у обеих стран — и в логистике, и в промышленной кооперации, ну и, кстати говоря, и в гуманитарной сфере тоже.
Напомню в этой связи, что Азербайджан является практически тоже русскоязычной страной, там практически везде русский язык изучают. Это тоже говорит о том, что в стране настроено развитие отношений с Россией, имеет фундаментальный характер, такой непреходящий.
Очень рассчитываю на то, что так и будет в будущем, но эмоции, конечно, без них не обойтись, но всё-таки лучше всегда держать их в таком состоянии, чтобы они не мешали работать и не мешали двигаться вперёд. Я надеюсь, что это всё в прошлом.
